Стало известно, как проявляется послеродовая депрессия у российских мужчин

Послеродовая депрессия у мужчин существует, но корректнее говорить о перинатальной/постнатальной депрессии отца, поскольку она может начинаться ещё во время беременности партнёрши и не обязательно возникает непосредственно после родов. Об этом рассказал клинический психолог Сотников Владислав Андреевич. 

По своим основным механизмам не является каким-то принципиально «другим» заболеванием. Однако у мужчин депрессивное состояние нередко проявляется менее очевидно. Если у женщин чаще обращают внимание на подавленное настроение, плаксивость, чувство вины, тревогу и потерю интереса, то у мужчин депрессия может маскироваться под раздражительность, эмоциональную отстранённость, повышенную конфликтность, уход в работу, чрезмерную занятость или стремление как можно меньше находиться дома, добавил заведующий кафедрой общей психологии и психологии развития ИКПСР Пироговского университета.

Мужчина может говорить не столько «мне плохо», сколько: «я постоянно устал», «меня всё раздражает», «я ничего не чувствую», «я хочу, чтобы меня никто не трогал». Возможны нарушения сна и аппетита, снижение концентрации, потеря удовольствия от привычных занятий, ощущение собственной несостоятельности как мужа или отца.

Отдельная проблема заключается в том, что подобные проявления легко принять за обычную реакцию на недосып и резкую перестройку жизни после рождения ребёнка. Поэтому принципиальным становится не наличие одного-двух симптомов, а их устойчивость, выраженность и изменение привычного функционирования мужчины.

При этом не стоит создавать искусственное противопоставление «мужской» и «женской» депрессии. Основные депрессивные симптомы общие, но способы их выражения и обращения за помощью действительно могут различаться. Исследования также показывают, что мужчины нередко скрывают или нормализуют своё состояние и позднее обращаются за помощью.

К каким последствиям это может привести у мужчин?

В первую очередь страдает сам мужчина: снижается его способность нормально функционировать, работать, поддерживать отношения с партнёршей и включаться в жизнь семьи. Депрессивное состояние может сопровождаться социальной изоляцией, эмоциональным отчуждением, конфликтами в паре и снижением родительской вовлечённости.

Но в случае послеродовой депрессии мы имеем дело не только с индивидуальной проблемой мужчины. Семья после рождения ребёнка представляет собой тесно связанную систему, поэтому состояние одного родителя влияет на другого. Особенно важно, что наличие депрессии у матери является одним из факторов риска депрессии у отца, и наоборот.

Есть и ещё один уровень последствий — отношения с ребёнком. Длительное депрессивное состояние отца может снижать эмоциональную доступность и качество взаимодействия с ребёнком. Исследования связывают перинатальный психологический дистресс у отцов с менее благоприятными показателями эмоционального, когнитивного и языкового развития детей, хотя это не означает прямой причинно-следственной связи в каждом конкретном случае. Чем раньше обнаружено и начато лечение депрессивного состояния, тем меньше вероятность, что оно будет длительно влиять на отношения внутри семьи и развитие ребёнка.

Зависит ли послеродовая депрессия от степени включённости отца в уход за ребёнком? Может ли она возникнуть, если мужчину практически не привлекают к уходу за младенцем?

Прямой зависимости по принципу «чем больше отец занимается ребёнком, тем выше или ниже риск депрессии» нет. Послеродовая депрессия — результат взаимодействия нескольких факторов: психологического состояния самого мужчины, его предыдущего опыта психических расстройств, уровня стресса, качества отношений в паре, социальной поддержки, финансовой ситуации, изменений привычного образа жизни и состояния партнёрши. Поэтому депрессия вполне может возникнуть у мужчины, который практически не участвует в уходе за младенцем.

Более того, здесь важно различать фактическую нагрузку и психологическую включённость. Мужчина может мало менять подгузники и вставать ночью, но при этом испытывать сильное давление ответственности: «теперь я должен обеспечивать семью», «я не имею права устать», «я должен быть хорошим отцом», «я потерял прежнюю свободу». И обратная ситуация: мужчина может быть очень активно включён в уход за ребёнком, но испытывать выраженное истощение, тревогу, ощущение собственной некомпетентности или отсутствие поддержки. Поэтому я бы не рассматривал вовлечённость отца в уход как самостоятельную «защиту» от депрессии. Гораздо важнее, имеет ли мужчина ощущение своей роли в семье, получает ли поддержку, может ли говорить о трудностях и существует ли у него пространство для восстановления.

При этом исключение отца из жизни ребёнка тоже может становиться дополнительным фактором неблагополучия: мужчина может чувствовать себя ненужным, лишённым возможности сформировать собственную родительскую роль. Исследования показывают, что отношения с партнёршей и семейная среда существенно связаны с тем, как формируется вовлечённость отца в первый год жизни ребёнка.

Что делать родственникам, если послеродовая депрессия возникла у обоих родителей?

В такой ситуации особенно важно перестать рассматривать состояние каждого родителя как отдельную проблему. Если депрессия возникает одновременно у матери и отца, семья оказывается в ситуации взаимного истощения: у каждого становится меньше ресурсов для поддержки другого, а значит, рассчитывать только на внутренние ресурсы пары уже не стоит.

Первая задача родственников — не искать виноватого и не требовать от родителей «собраться». Фразы вроде «у вас же здоровый ребёнок», «радуйтесь материнству», «мужчина должен держаться» обычно только усиливают чувство вины и изоляцию.

Вторая задача — максимально конкретно разгрузить семью. Не просто спрашивать: «Чем вам помочь?», а предлагать конкретные действия: приготовить еду, купить продукты, погулять с ребёнком, помочь с бытовыми делами, дать родителям возможность поспать или побыть отдельно друг от друга.

И третье — организовать профессиональную помощь обоим родителям. Необязательно ждать, пока ситуация станет критической. Если симптомы устойчивы и заметно нарушают повседневную жизнь, необходимо обратиться к специалисту в области психического здоровья. При этом важно оценивать состояние каждого родителя отдельно, даже если причины и семейный контекст общие.

Если же появляются мысли о смерти, самоповреждении, причинении вреда ребёнку, выраженная дезорганизация поведения или невозможность обеспечить базовую безопасность ребёнка, это уже не ситуация для ожидания или исключительно семейной поддержки — необходима срочная профессиональная помощь.

Самое важное для родственников в такой ситуации — временно стать для семьи внешним ресурсом, пока собственных ресурсов у обоих родителей недостаточно, добавил Сотников.